РЕКТОР ШКОЛЫ-СТУДИИ МХАТ — ИГОРЬ ЗОЛОТОВИЦКИЙ

Адрес: Тверская улица, дом 6, стр. 7.
Телефоны: +7 495 629-39-36 (учебный отдел)
+7 495 629-32-13 (ректорат), + 7 495 629-86-56 (касса)
E-mail: public@mxat-school.ru

| "уж какая тут свобода… |

"Уж какая тут свобода…

Анна Банасюкевич, ПТЖ, 10.03.2015
«Переворот». По пьесам Дмитрия Пригова.
Театр «Практика».
Режиссер Юрий Муравицкий, художник Катя Щеглова.

Спектакль «Переворот» — это сценическая композиция, сконструированная из двух небольших пьес Дмитрия Пригова и стихов, озвученная музыкой группы «Постанова», состоящей из студентов выпускного курса Дмитрия Брусникина в школе-студии МХАТ. 

Пьеса «Я играю на гармошке…» — о гопниках, правящих бал, и пугливом смирении масс; «Переворот» — о стихии бунта, неизбежно разрушающего человеческую «отдельность», о революции, из которой вымывается смысл. Все в целом складывается в историю о невыносимости и паскудности настоящего и о тоскливом предчувствии будущего. Этот спектакль — о том, нашем, мире, который лишен контрастности: нет ни черного, ни белого, есть какой-то бурый и серый.

Ироничные, парадоксальные стихи Пригова, соединяющие два сюжета, добавляют еще одно измерение — со стихами в спектакле появляется отстраненный взгляд, дистанция по отношению к моделируемому на сцене миру. Стихи вводят и еще одну тему — тему интимного существования человека; тему повседневного коммуницирования с агрессивным, недружественным бытом. Если пьесы диктуют стилистику фарса (в случае «Я играю на гармошке…») и фантасмагории («Переворот»), то стихи вносят ноту лирическую и делают главным действующим лицом поэта, самого Пригова.

На маленькой сцене «Практики» нет декораций, только микрофонные стойки и ударная установка, задник с минималистичной видеопроекцией. Пьесы Пригова не столько играют, сколько пропевают и интонируют чуть больше десяти человек: совсем молодые девушки и юноши в очках, с нарочито аккуратненькими прическами, в мешковатых костюмных брюках, в клетчатых рубашечках, застегнутых до последней пуговки, так что тонкие шеи смешно торчат над отглаженными воротничками. «Переворот» можно назвать концертом, но здесь — это определение театрального жанра; сама структура и музыкальный сюжет, существующий контрапунктом сюжету вербальному, создают именно театральную развивающуюся драматургию. 

Прелюдия: девушка и парень, прилизанные, «упакованные», улыбаются чуть глуповато, чуть застенчиво, и в то же время торжественно — как будто бы это самодеятельный концерт в каком-нибудь «оттепельном» НИИ. Самый емкий знак — акустическая гитара; парень бренчит что-то простенькое — ироничные, с горчинкой стихи Пригова положены на бардовский, приторно-романтический аккомпанемент. Почти до самого финала первой пьесы музыка, скупые мизансцены, интонации и «масляные» лица исполнителей с вкрадчивыми голосами будут зловещим диссонансом оттенять историю о разгулявшемся «хаме», условном Васе, его блеклых дружках и ничем, кроме статусной безнаказанности, не отличающихся от них милиционеров. Сконцентрированную зарисовку оскотинившегося народа Пригов подсветил театральной формой — его «хам» обнаруживает себя на сцене; молчаливые сограждане, оказавшиеся в зале, смотрят на него снизу вверх, и склизкое ничтожество раздувается до премьера, наслаждающегося своим бенефисом.

Спектакль Юрия Муравицкого эту театральную природу пьесы уловил и поддержал формальным решением: актеры работают фронтально, почти не отходя от микрофонов. Музыка блуждает в джазовых и блюзовых импровизациях, так, кажется, не подходящих для истории о мелком, распустившемся бандите, терроризирующем интеллигентов и насилующем женщин. Это столкновение рождает парадокс: лишенное бытовизма, эстетизированное повествование не дает зрителю выстроить с историей привычный диалог, защититься сочувствием к хорошим героям и осуждением плохих. Безжалостным образом спектакль лишает персонажей социальных характеристик, внешней узнаваемости, сосредоточившись на самом общественном механизме, рождающем добровольное смирение с мерзостью, брезгливое непротивление. 

Именно эта «концертная» упаковка, эта блестящая обертка делает содержание по-настоящему мучительным. «Споем?» — со сладострастной улыбкой, поблескивая стеклами очков, обращается Вася в зал и затягивает сам: «Я играю на гармошке…» — хрестоматийная строчка встроена в витиеватый гитарный риф, тело Васи, растягивающего в экстазе слова, выгибается в манерном эффекте. По сюжету Вася с дружками валят девушку, а на сцене мальчик и девочка, скованно перетоптываясь, робко танцуют в паре. И лишь финал первой пьесы уравняет текст с театральным эквивалентом: актеры, выстроившись в ряд, приблизившись вплотную к зрителям, грянут мультяшную песню хором — бесновато, разнузданно, ощерившись. Словно тонкая упаковка порвалась, и все низменное — наглое, пошлое, назревшее, налившееся — хлынуло через край.

Тихая, покорная очередь сутуловатых людей выстроилась к чайнику — наливают кипяток, отходят — сразу повеселевшие, расправившие плечи, самоуверенные. Перебрасываются репликами — в основном, о политике. Так первая пьеса бросает мостик второй: как будто молчаливые зрители дурного театра поднялись, вышли в фойе, осматриваются, пробуют голоса. Эта настройка, попытка общественной дискуссии на диалог не очень похожа — каждый ждет своей очереди, чтобы выйти к микрофону, сказать что-то в зал, не друг другу. «Переворот», в отличие от первой части, развивается стремительно, нахраписто, громко. Стихийно сплотившаяся масса рушит коммуникацию, перекрикивания колонн от раза к разу теряют крупицы смысла. Здесь, в этой части, зазора между текстом и исполнением почти нет, то ли маршевая, то ли панк-рокерская какофония лишена нюансов, отдельные слова тонут в хаосе звуков, мелькнувшая фигура «отдельного» человека, с которым Пригов зарифмовал себя, растоптана как-то походя. Колышущийся как молодой лес митинг, не справившийся сам с собой, выливается в макабрический карнавал: скачущие тела, выбеленные лица. К финалу спектакля, во второй своей части ставшего более иллюстративным, яростная энергия долго сдерживаемой силы пропитывает весь воздух тесного театрального зала.

«Переворот» строится на исторических аллюзиях; в литературе, казалось бы, принадлежащей определенной эпохе, находит емкие эквиваленты сегодняшней действительности, в авторской интонации слышит современное ироническое отстранение, защищающее от фальши. Молодые актеры, исполняющие — не играющие — текст, ведут диалог с залом от себя, не растворяясь, но пропуская приговскую аналитическую иронию через собственное, субъективное ощущение времени. На этом стыке возникает разговор о текущем моменте, о метаморфозах страшной, абсурдной реальности, не поддающейся на театре прямому копированию. 
Горький. Дно. Высоцкий, Отсебятина (Ярославль), 27.04.2017
Колыбельная Распутина, Аргументы недели, 30.03.2017
Высокий средний уровень, Русский репортер, 29.03.2017
Старикам тут место, Такие дела, 17.03.2017
Здесь и сейчас, Кристина Матвиенко, Colta.Ru, 7.03.2017
Король Лир оценен на отлично, Вечерняя Москва, 22.02.2017
Вся жизнь в искусстве, КультМск, 10.02.2017
«До и после» сцены, Светлана Наборщикова, Известия, 31.01.2017
Брусникинцы пригласили на чай, Алексей Аджубей, Независимая газета, 31.01.2017
Горький. Дно. Высоцкий, Ревизор.Ру, 28.01.2017
Что движет светилами, Марина Токарева, Новая газета, 24.10.2016
Все премии ведут в Рим, Российская газета, 16.10.2016
«Горький. Дно. Высоцкий», Свободная пресса, 15.09.2016
Антон Гетман: «Второй Большой театр строить не буду», Екатерина Васенина, Новая газета, 24.08.2016
Дмитрий Брусникин: «Не может быть традиционного театра», Петербургский театральный журнал, 22.08.2016
Пазл из слоновой кости, КоммерсантЪ, 22.07.2016
Опера за горизонтом, Алена Карась, Российская газета, 20.07.2016
«Всегда стараюсь оставлять форму открытой», КоммерсантЪ — Воронеж, 16.06.2016
Студийцы МХАТа подмигнули Сталину, Российская газета, 14.06.2016
«Бронзоветь — это не интеллигентно», Т. Владимирова, КоммерсантЪ — Lifestyle, 8.06.2016
О старости – с любовью и без грусти, Республика Татарстан, 6.06.2016
Мир под названием «Молодость», Эксперт Татарстан, 6.06.2016
Ольга Привольнова: «Вот люди, вот поезд, и что нам вместе дальше делать», Школа документального кино Марины Разбежкиной, 27.02.2016
«Сашенька, как мы скучаем по тебе…», Санкт-Петербургские ведомости, 15.02.2016
Чужая жизнь, Алексей Гончаренко, Лучший из миров, 2.02.2016
Игра с документом, Кристина Матвиенко, Лучший из миров, 2.02.2016
«Ответственность перед зрительным залом мобилизует», Ольга Егошина, Новые Известия, 2.02.2016
Молодые таланты МХАТа, Патриоты Нижнего, 13.01.2016
«Началось новое удушение», Радио «Свобода», 13.12.2015
«Началось новое удушение», Радио «Свобода», 13.12.2015
Постигая секреты магического языка, Литературная Россия, 20.11.2015
Дифирамб: Евгений Писарев, Ксения Ларина, Эхо Москвы, 11.10.2015
Театр для жителей города, Мослента, 15.09.2015
Заметка о любви, Театрон, 14.09.2015
«В театре главное, чтобы все было про человека», Андреа Поркедду, Новые известия, 21.07.2015
Пространство сновидения, Экран и сцена, 16.07.2015
МХАТ с доставкой на дом, Мичуринская мысль, 3.07.2015
Эта дорога ведет к театру?, Григорий Заславский, Независимая газета, 2.07.2015
«Побеждает разум, а не мракобесие», Иркутский репортер, 30.06.2015
Времени нет, Восточно-Сибирская правда, 26.06.2015
На московскую сцену можно подняться в Иркутске, Телекомпания „Аист“, Иркутск, 25.06.2015
Поступай как знаешь, ТеатрAll, 19.06.2015
Не радужное прошлое, Театрал, 16.06.2015
Переворот сознания, Театрал, 16.06.2015
Кристальный слон, Сигма, 10.06.2015
«Без тебя скучно!», Новые известия, 9.06.2015
Топ-5 спектаклей июня, The Vanderlust, 3.06.2015
Отзыв. Отклик. Ну, как-то так…, Марина Дмитревская, Петербургский театральный журнал, 3.06.2015
Другое Волоколамское шоссе…, Истринские Вести, 24.05.2015
Между прошлым и будущим, Литературная Россия, 22.05.2015
Prigov's Works Put The'Revolt' Into Revolution, Джон Фридман, The Moscow News, 20.05.2015
"Уж какая тут свобода…, Анна Банасюкевич, ПТЖ, 10.03.2015
Дифирамб с Игорем Золотовицким, Ксения Ларина, Эхо Москвы, 8.03.2015
Маска из глины, Start Up СТД РФ, 13.02.2015
Переворот, Татьяна Лисина, Русский журнал, 31.01.2015
Плач по Конармии и земле, Санкт-Петербургские ведомости, 26.01.2015
Культурная «Революция», Кира Владина, Ваш досуг, 19.01.2015
Музыка революции, Рабкор, 18.01.2015
Фолкнер. Тишина, OpPeople, 11.01.2015
От топота копыт, Камила Мамадназарбекова, Лехаим, 9.01.2015